4 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Кто купил банк траст

Во что обойдется санация скандального банка

Банкиры, убедившие богатых вкладчиков добровольно отказаться от своих денег, спасатели этих вкладчиков, получившие из бюджета 127 млрд руб., но денег так и не выплатившие. Бывшие владельцы банка «Траст» заочно арестованы, санацией банка уже интересуется прокуратура. Финансовое оздоровление «Траста» в итоге может обойтись государству в рекордную сумму.

О своих финансовых потерях в банке «Траст» Вячеслав Малафеев, как и другие именитые вкладчики, говорить отказывается. Скорее всего, речь идет о многомиллионных потерях: его собственный бизнес (агентство недвижимости М-16) приносит знаменитому голкиперу столько же, сколько контракт с «Зенитом». Малафеев об этом недавно говорил, но точные заработки обещал обнародовать лишь после того, как контракт с «Зенитом» закончится, 30 июня. Возможно, после этого и заявления о «Трасте» ему будет проще сделать. Впрочем, в любом случае перспективы вернуть вклад представляются туманными.

С августа 2011 года банк стал предлагать клиентам, счета которых начинались с 3 млн руб., перекладывать деньги со вкладов в кредитные ноты (вид ценных бумаг). Ноты клиентам «Траст» продавал до последнего дня перед санацией в декабре 2014-го. В 2015-м, после введения режима финансового оздоровления, банк свои обязательства по нотам аннулировал. Какому количеству клиентов и на какую сумму «Траст» продал кредитных нот, точно не известно, но по подсчетам инициативной группы, сформированной из числа пострадавших, ноты купили около 2 тыс. человек примерно на 20 млрд руб.

С прошлого года держатели ценных бумаг пытаются вернуть свои деньги через суд. Как рассказал «Деньгам» Радик Лотфуллин, руководитель практики несостоятельности и банкротства Nektorov, Saveliev & Partners (фирма представляет интересы части держателей нот в судах), «Траст» скрывал от своих клиентов истинные риски приобретения ценных бумаг. В частности, банк утверждал, что клиент потеряет деньги, вложенные в ноты, только в случае отзыва у банка лицензии и банкротства. Однако списание четырех из семи выпусков нот банк произвел на основании того, что нормативы достаточности его капитала снизились ниже минимального значения (2%) и в банке был введен режим санации. Такие условия были включены в договоры субординированного займа между банком и голландскими компаниями С.R.R. B.V. и CL Repackaging, выступавшими эмитентами ценных бумаг. Остальные выпуски банк списал, руководствуясь новыми изменениями в законе о банках и банковской деятельности. Правда, в силу они вступили уже после введения в банке санации.

Самому банку перевод клиентских вложений из вкладов в ноты давал несколько преимуществ. «Траст» не платил отчислений в Агентство по страхованию вкладов (ценные бумаги в отличие от вкладов не нужно страховать), кроме того, ноты увеличивали капитал банка.

Большая часть дел держателей кредитных нот рассматривается Басманным райсудом Москвы, который в исках клиентам «Траста» отказывает. «Нам ясно, что суд ангажирован,— говорит Радик Лотфуллин.— Иначе как объяснить тот факт, что суд проигнорировал все наши доводы и доказательства, в том числе показания пяти сотрудников банка, согласно которым вкладчикам не говорили о риске аннулирования кредитных нот».

Выигрывать суды держателям нот пока удается только в регионах: в пользу истцов решения были вынесены, по словам представителя инициативной группы Александра Очкова, в 20 случаях. «У меня была простая стратегия: сделки по покупке кредитных нот нарушали закон о защите прав потребителей,— объясняет логику своей победы Александр Сергеев, завкафедрой гражданского права и процесса санкт-петербургского филиала Высшей школы экономики.— Предлагать ценные бумаги вкладчикам, которые не имеют статуса квалифицированного инвестора, банк не имел права. Банк присваивал клиентам статус, но явно с нарушением процедуры, путем мнимых сделок: клиентам давали на подпись пять договоров на покупку ценных бумаг и тут же — пять договоров об их продаже. И все в одном пакете с кредитными нотами!»

На сторону Сергеева сначала встал Куйбышевский райсуд Санкт-Петербурга, а затем горсуд. В конце апреля решение последнего вступило в законную силу. Правда, банк может обжаловать его в кассации в течение полугода. Еще одно из дел, истцом по которому выступает заслуженный врач Карелии Владимир Ольшевский, дошло до Верховного суда России, который рассмотрит дело 7 июня.

Родом из МЕНАТЕПа

Начав активно привлекать средства населения, банк старался убедить клиентов, что «Траст» — «крепкий орешек»

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Кредитные ноты были лишь одним из способов маскировки дыр в капитале «Траста». История этого банка началась в 1995 году в качестве санкт-петербургской «дочки» московского банка МЕНАТЕП, подконтрольного Михаилу Ходорковскому. Кризис 1998-го МЕНАТЕП не пережил: в мае 1999 года у него была отозвана лицензия, а в сентябре того же года он был признан банкротом: его задолженность перед кредиторами составляла около 40 млрд руб. После этого часть активов МЕНАТЕПА была переведена в «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» и другой подконтрольный Ходорковскому Доверительный и инвестиционный банк (ДИБ). По информации banki.ru, «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» получил филиальную сеть и карточный бизнес банка, а ДИБ — большую часть финансовых потоков ЮКОСа.

В октябре 2003 года в офисе «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» были проведены обыски в рамках уголовного дела ЮКОСа. Почти одновременно в «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» и инвестиционном банке «Траст» (такое название получил ДИБ) сменилось правление. Председатель правления «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» Дмитрий Лебедев покинул свой пост. Председателем совета директоров обоих банков был избран Илья Юров, ранее занимавший пост председателя правления «Траста». На тот момент оба банка находились на верхних строчках рейтингов крупнейших банков в стране: инвестбанк «Траст» занимал 17-е место по размеру собственного капитала (5,18 млрд руб.) и 15-е по сумме чистых активов (36,74 млрд руб.), «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» — 23-е место по размеру собственного капитала (4,12 млрд руб.) и 14-е по сумме чистых активов (42,42 млрд руб.).

В мае 2004-го топ-менеджмент банков во главе с Юровым выкупил у группы МЕНАТЕП оба актива, а головной офис был переведен в Москву. В 2005 году «МЕНАТЕП Санкт-Петербург» был переименован в национальный банк «Траст»: под общим брендом банки работали до 2008 года, пока не объединились в один национальный банк «Траст».

Банк начал активно привлекать средства населения, а свою надежность подчеркивал с помощью образов брутальных знаменитостей. В 2009-м лицом рекламной кампании банка был спортсмен, актер и шоумен Владимир Турчинский, а с 2010-го по 2014-й банк рекламировал Брюс Уиллис.

Явно проблемы «Траста» обозначились в 2014 году. Хотя, как писала в конце 2014-го газета «Ведомости», аудиторам c банком все было ясно еще в 2009 году. В «Ведомости» попал отчет, который был подготовлен аудиторами Ernst & Young (сегодня EY) к несостоявшейся сделке: в 2009 году акционеры «Траста» вели переговоры об объединении с Всероссийским банком развития регионов (дочерний банк «Роснефти»). По информации «Ведомостей», ознакомившихся с отчетом, в середине 2009-го 60% кредитного портфеля «Траста», составлявшего 65 млрд руб. после вычета резервов, приходилось на связанные с банком стороны. Больше 60% таких кредитов было выдано на проекты крупнейших бенефициаров банка — председателя совета директоров Ильи Юрова, членов совета директоров Николая Фетисова и Сергея Беляева. Оставшаяся доля ушла на реструктуризацию проблемных кредитов акционеров и кредиты дружественным структурам, чтобы поддерживать нормативы ЦБ.

Кроме того, аудиторы Ernst & Young выявили, что субординированные займы, которые позволяли банку увеличивать капитал, «Траст» получал по незаконной схеме самофинансирования. Кредитные ноты, выпущенные в рамках данной схемы, как раз и предлагались клиентам «Траста».

В 2009 году на непрозрачность некоторых активов банка и его отношений с крупнейшими заемщиками обращало внимание и агентство Fitch Ratings. В июле 2010-го оно присвоило «Трасту» долгосрочный рейтинг «возможный дефолт», после чего банк отказался сотрудничать с агентством.

На протяжении 2014 года, когда проблемы «Траста» стали очевидны, банк несколько раз приближался к минимальному показателю достаточности базового капитала в 5%. Впервые это произошло в марте 2014 года, после чего банк привлек в капитал 3,14 млрд руб. за счет допэмиссии акций. Но этого «Трасту» хватило всего на полгода: в сентябре 2014-го он снова приблизился к критической отметке. В декабре банк планировал увеличить капитал за счет допэмиссии на 1,4 млрд руб., однако сделка была безденежной — акции были оплачены зданием, которое банк арендует под главный офис. Добила банк паника вкладчиков, которые в конце 2014-го забирали деньги из банков. Отток вкладов у «Траста» был небольшим — около 3 млрд руб., однако хватило и этого. 22 декабря 2014 года ЦБ принял решение о санации банка.

По данным на 1 декабря 2014 года, вкладов в «Трасте» было более 144 млрд руб., по объему средств населения санируемых банков «Траст» занял второе место после Банка Москвы (147 млрд. руб. средств населения на момент принятия решения о санации).

Читать еще:  Какие банки входят в группу втб

Банк интересный во всех отношениях

Бывшие акционеры «Траста» Илья Юров (слева) и Николай Фетисов (справа) заочно арестованы, место их нынешнего проживания остается тайной

Фото: Алексей Филиппов, Коммерсантъ

Санатором «Траста» был выбран банк «ФК Открытие», получивший на эту программу 127 млрд руб. от Агентства по страхованию вкладов (АСВ). Как сообщало АСВ, одним из ключевых критериев при отборе являлся «наименьший размер средств», выделяемых на финансовое оздоровление. Гендиректор АСВ Юрий Исаев заявлял в декабре 2014 года, что «выделенных Банком России 127 млрд руб. на санацию банка «Траст» хватит». Однако год спустя «Открытие» обратилось в АСВ за дополнительной суммой на санацию «Траста», запросив еще 47 млрд руб. Первоначально размер дыры в банке оценивался в 68 млрд руб., но спустя несколько месяцев объем недостачи вырос на 70% — до 114 млрд руб.

По информации источников газеты «Коммерсантъ», такой рост объяснялся тем, что схемы «надувания» капитала со стороны бывших собственников перестали работать, а половину недостачи составили «схемные» активы.

Как заявлял зампред ЦБ Михаил Сухов на стадии принятия решения о санации, отчетность «Траста» была фальсифицирована. В апреле 2015 года ГУ МВД по Москве возбудило уголовное дело об особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) в отношении бывших топ-менеджеров «Траста». Арестованы по нему были бывшие и. о. председателя правления банка Олег Дикусар и финансовый директор Евгений Ромаков. По версии следствия, обвиняемые заключали фиктивные договоры с юридическими лицами, зарегистрированными на Кипре, и с 2012 по 2014 год перечислили им 7,05 млрд руб. и $118,3 млн. Затем деньги были переведены на счета физических и юридических лиц, связанных с «Трастом».

Действовали подозреваемые, как считает следствие, не одни: бывшие акционеры «Траста» — Илья Юров, Николай Фетисов и Сергей Беляев — были заочно арестованы российским судом. Но бенефициаров банка к тому времени уже давно не было в России: судя по всему, они покинули страну сразу после решения о санации. Где они сейчас находятся, точно неизвестно, предположительно — в Великобритании и США.

В деле «Траста» есть несколько прецедентов. Во-первых, банк судится с бывшими собственниками. Опыт преследования в заграничном суде бывших собственников есть только у АСВ, которое добилось в британском суде ареста заграничных активов основателя Межпромбанка Сергея Пугачева. В этом же суде удалось добиться аналогичного решения и «Трасту», а теперь там будет рассматриваться иск о возмещении ущерба на сумму $830 млн: «Траст» считает, что бывшие владельцы выдавали кредиты собственным компаниям в офшорах. С рядом кипрских компаний, связанных с бывшими собственниками, «Траст» судится в московском арбитраже: по информации «Интерфакса», общая сумма исков составляет более 37 млрд руб.

Другой прецедент — повторный конкурс на санацию. «Открытие» уже обращалось за «добавкой» финансирования, однако ЦБ и АСВ теперь считают, что выделять дополнительные средства без конкурса не следует. Если «Открытие» получит запрашиваемые 47 млрд, санация «Траста» станет крупнейшей в истории (174 млрд руб). Пока рекордсменом является Мособлбанк, на санацию которого выделено более 172 млрд руб.

Итоги конкурса, как ожидается, будут подведены 17 июня. Из крупных финансово-кредитных организаций интерес к нему проявил Альфа-банк. Как сообщили в пресс-службе «Открытие холдинг», группа тоже примет участие в конкурсе. А это значит, что ЦБ не имеет серьезных претензий к процедуре финансового оздоровления, проводимой «Открытием», а значит, и санатора сменит едва ли. «Если «Открытие» останется санатором «Траста» и не получит на это дополнительных денег, с финансовым оздоровлением группа, безусловно, справится, ресурсы у нее большие, проблема только в том, окажется ли тогда этот проект для «Открытия» рентабельным»,— отмечает управляющий партнер НАФИ Павел Самиев.

Санация «Траста» и выделение на нее дополнительного финансирования между тем вызвали претензии Генпрокуратуры. В апреле она направила в ЦБ представление, отметив, что регулятором в принципе не разработаны критерии отбора инвесторов, а возможности, порядок и основание для дополнительного финансирования никак не ограничены. «Главная претензия ко всем этим историям с дополнительным выделением денег — это полная непрозрачность всего процесса санации»,— соглашается Павел Самиев.

В частности, непонятна ситуация с выплатами по тем самым кредитным нотам. По словам Радика Лотфуллина, который ссылается на план участия АСВ в процедуре банкротства «Траста», деньги на выплаты держателям нот были заложены в плане санации. Согласно отчетам банка, в 2015 году он зарезервировал под эти цели 27,1 млрд руб. Однако в мае зампред ЦБ РФ Михаил Сухов заявил, что банк может получить частичную компенсацию потерь по кредитным нотам. В общем, были ли деньги и где они — большой вопрос.

Лопнувший «Траст»: как Илья Юров сдал банк

В понедельник 22 декабря Центробанк объявил о санации банка «Траст», известного всей стране по рекламе вкладов. Для их продвижения его владелец, кандидат в мастера спорта по боксу Илья Юров в последние годы выбирал звезд, заявивших о себе в силовых видах спорта, — сначала Владимира Турчинского, затем Брюса Уиллиса. Это помогло банку привлечь средства населения, но не сказалось на его устойчивости: после серии «пропущенных ударов» банк отправился в нокдаун. В чем ошибся Юров и при чем тут кризис?

Санация банка из топ-30 — редкий случай. Такое происходит либо в кризис — как со Связь-Банком в 2008-м, либо при смене элит — как с Банком Москвы после отставки мэра Юрия Лужкова в 2011-м. Нынешняя паника населения, вызванная нестабильностью курса рубля, уже привела к массированным набегам вкладчиков на банки и тяжелым последствиям для банковской системы. На прошлой неделе спрос на наличные рубли и валюту вырос на порядок. В Сбербанке говорят, что столкнулись с небывалым изъятием наличности из банкоматов. Банк «Траст» перед набегом вкладчиков не устоял.

По словам зампреда ЦБ Михаила Сухова, клиенты забрали из банка более 3 млрд рублей и банк уже не мог исполнять поручения клиентов в полном объеме («Интерфакс»). По данным источника, близкого к банку, отток был значительно больше 3 млрд, но менее 10 млрд рублей. Всего «Траст», по данным его отчетности, привлек у населения более 144 млрд рублей, что составляет 61% от обязательств банка при капитале 29 млрд рублей. С этой недели банк повысил ставки по вкладам до 21% годовых в рублях и 8% в валюте.

«О проблемах банка известно давно: у него невысокий норматив достаточности капитала — 10,76% (необходимый минимум — 10%), а также низкодоходные активы. Если бы не отток вкладов, банк еще долго мог держаться на плаву», — говорит гендиректор «Эксперт РА» Павел Самиев.

«В этом парадокс нашей банковской системы: все «дырявые» банки нормально работают до тех пор, пока однажды не прочитаешь на сайте Центробанка — санация, временная администрация или отзыв лицензии. А до этого все работает замечательно», — отмечает один из бывших менеджеров «Траста».

Для спасения «Траста» ЦБ через Агентство по страхованию вкладов (АСВ) предоставит банку 30 млрд рублей. В ближайшие дни АСВ определится с санатором банка, на оздоровление которого есть несколько претендентов. Среди них есть официально заявившие о своих намерениях МДМ-Банк и Бинбанк, а также, по данным источников, Промсвязьбанк и ФК «Открытие».

Источник, близкий к совету директоров «Траста», надеется, что помощи в размере нескольких миллиардов рублей будет достаточно, чтобы восстановить ликвидность. Однако Сухов заявил, что отчетность банка недостоверна и величина его активов существенно меньше величины обязательств. Следовательно, сумма, которую получит санатор, может увеличиться.

В пресс-службе «Траста» Forbes пояснили, что банк обратился к регулятору за финансовой поддержкой по итогам проведенных консультаций с ЦБ. Однако в АСВ заявляют, что решение о санации банка принято по инициативе ЦБ. Сухов утверждает, что акционеры банка не изъявили желания каким-либо образом в дальнейшем принимать участие в судьбе и деятельности банка.

Источники Forbes говорят, что Юров давно обосновался в Лондоне и в последнее время нечасто бывает в России.

Крупнейшие владельцы банка — глава совета директоров Юров, а также члены совета Николай Фетисов и Сергей Беляев. Банк «Траст» они создали на базе банковских активов ЮКОСа, выкупленных еще в 2004 году.

На прошлой неделе они планировали докапитализировать банк, завершив допэмиссию на 3 млрд рублей. В оплату акций вносили офисное здание на улице Спартаковская, арендуемое банком. Однако ЦБ отказался утверждать итоги размещения исходя из проведенной оценки здания. В итоге собранный в субботу в срочном порядке совет директоров утвердил новую оценку, которая оказалась менее 1,4 млрд рублей, из-за чего количество размещенных акций снизилось вдвое.

Это не первое странное размещение дополнительных акций в этом году. В конце марта «Траст» провел первичное размещение акций на Московской бирже на сумму 3,1 млрд рублей. Основную часть выпуска приобрел бывший руководитель департамента долговых инструментов «Траста» Пьотр Пьека (8,5%). Допэмиссия сопровождалась сопоставимым по размеру увеличением кредитов нерезидентам, что часто является свидетельством ненадлежащего формирования капитала. Однако тогда в банке это объяснили совпадением — была проведена конвертация валютного долга в рубли, не имевшая отношения к эмиссии акций.

Читать еще:  Как продать золото обратно в сбербанк

Выпуск акций не помог банку решить проблемы: норматив достаточности основного капитала так и не превысил 5,5%. ЦБ требует соблюдать этот норматив на уровне не менее 5%, а к тем, кто недотягивает до 5,5%, проявляет повышенное внимание. Всего в этом году семь банков время от времени недотягивали до заданного уровня, причем банк «Траст» — постоянно.

Настораживала и отчетность банка по МСФО. Аудиторы «Делойт» в заключении за 2012 год обращали внимание, что в 2010-2011 годах банк выдал почти 9 млрд рублей по нерыночной ставке в среднем 7%. В то же время средняя ставка по привлеченным средствам клиентов в «Трасте» была гораздо выше — 11,6%. В пресс-службе экономического смысла раздачи денег объяснить не могли, но настаивали, что заемщики не связаны с банком и акционерами, а кредиты возвратные и обеспечены залогом недвижимости.

«Эти кредиты — «закольцованные» убытки и капитал», — говорит источник, хорошо знакомый с внутренней отчетностью «Траста». По его словам, плохие активы банк переводил на свои специальные, не консолидируемые в отчетности компании. Активы они приобретали через «компании-прокладки» на кредитные средства самого банка. Это самый простой способ, который банки используют при рисовании отчетности, — таким образом можно спрятать убытки или фиктивно увеличить капитал. Основные убытки 2010-2011 годов, по словам собеседника Forbes, связаны с розницей — банк неудачно начал масштабную выдачу кредитов в торговых сетях и кредитов наличными.

Другая странность, на которую обратил «Дейлот» в примечании к отчетности за 2013 год, — оценка банком рисков ликвидности. Партнер «Делойт» Екатерина Пономарева указала, что способность банка продолжать свою деятельность зависит от сохранения клиентской базы. Разрыв ликвидности между активами и обязательствами сроком до года достиг гигантских размеров — 40% (58 млрд рублей) на начало 2013 года и 54% (89 млрд рублей) на начало 2014-го. По данным Forbes, это худший показатель среди банков в Топ-50, а тревожным банковские аналитики считают показатель в 30%.

Банк же писал в отчете, что на самом деле отрицательного разрыва ликвидности у него нет. По расчетам банка, недостаток ликвидности мог быть замещен финансированием в ЦБ под залог бумаг на сумму почти 7 млрд рублей, а также средствами новых вкладчиков.

«Большой разрыв ликвидности образовался потому, что «Траст» короткими средствами вкладчиков до года финансировал «длинные» убытки. Стоило только вкладчикам забрать деньги, и банку пришел конец», — говорит источник Forbes.

По его словам, не имеющий капитала банк может существовать очень долго. Чтобы обслуживать депозитный портфель объемом 120-140 млрд рублей, банку нужна ликвидность объемом всего 8 млрд рублей для кассы и банкоматов, поясняет собеседник Forbes.

Сухов оценил вчера дыру в капитале «Траста» в десятки миллиардов рублей и заявил, что это может стать поводом для обращения в правоохранительные органы.

Кто купил банк траст

Банк «Траст» потребовал от нефтяной компании Ruspetro погашения долга и процентов в полном объеме — $370 млн, свидетельствует копия требования о досудебном урегулировании задолженности, с которой ознакомился РБК. Кредиты, которые компания брала в «Открытии» и «Трасте» (сейчас все переданы в «Траст»), должны были быть возвращены 14 ноября 2019 года, но этого не произошло. Параллельно «Траст» объявил о намерении обратиться в арбитраж с заявлением о банкротстве операционной компании «Руспетро» — «Инга», которой принадлежат лицензии на недропользование.

«14 ноября «Руспетро» допустила дефолт по кредитным обязательствам. Банк непрофильных активов «Траст» работает с данным активом по возврату средств, — сказал РБК его представитель. — На сегодняшний момент в банке непрофильных активов сформировано нефтегазовое направление. В случае если предприятие перейдет на наш баланс, оно будет передано в это подразделение для дальнейшей работы».

«Инга» должна «Трасту» $303 млн основного долга, $66 млн процентов и $700 тыс. пени за просрочку, говорится в копии требования об урегулировании долгов.

Компания «Инга» активно сотрудничает с «Трастом» и ведет переговоры о реструктуризации задолженности, сообщил РБК ее гендиректор Сергей Забавский. «Хозяйственная деятельность компании, а также поставки нефти и газа покупателям осуществляются в обычном режиме», — добавил он. «Насколько нам известно, уведомление «Траста» о намерении обратиться с заявлением о признании должника — ОАО «Инга» — несостоятельным является обычной практикой работы банка при наступлении сроков погашения задолженности по выданным ранее кредитам», — заключил Забавский.

Как у Ruspetro появились долги

Ruspetro — частная нефтегазовая компания со штаб-квартирой в Лондоне, работающая в Западной Сибири. Она разрабатывает три участка с трудноизвлекаемой нефтью в ХМАО (входят в Красноленинскую группу месторождений: Восточно-Ингинский, Поттымско-Ингинский и Пальяновский участки). Доказанные запасы Ruspetro составляют 225 млн барр. нефтяного эквивалента (н.э.). Буровые работы на объектах НК проводила нефтесервисная Eurasia Drilling Company, техническим партнером была Schlumberger, писал РБК.

В 2012 году Ruspetro провела IPO на Лондонской бирже, разместив 35% акций и выручив $250 млн (всю компанию оценили почти в $700 млн). К 2014 году, когда упали цены на нефть, Ruspetro не успела ввести в строй месторождения, а из-за долгов возникли проблемы с инвестициями, писал «Коммерсантъ». В итоге в июне 2016 года Ruspetro провела делистинг с Лондонской биржи и зарегистрировалась в Лондоне как частная компания (двумя месяцами ранее ее капитализация составляла всего $53 млн).

Кому принадлежит Ruspetro

У группы Ruspetro следующая структура: в России работают две операционные компании — «Транс-Ойл» и «Инга», которые принадлежат «Руспетро». Сама «Руспетро» на 94,6% принадлежит кипрской Ruspetro Holding и на 5,4% лондонской Ruspetro Limited. Кипрская структура, в свою очередь, полностью принадлежит Ruspetro Limited, свидетельствуют данные базы СПАРК. По тем же данным, лицензии на пользование участками недр принадлежат компаниям «Инга» и «Транс-Ойл», часть имущества компаний заложена «Открытию» и «Трасту». Чистый убыток «Руспетро» по итогам 2018 года составил 2,7 млрд руб.

По данным Ruspetro за март 2018 года, крупнейшим акционером лондонской компании является кипрская Limolines Transport Ltd (25,16%), следом идут бизнесмен, бывший зампред правления ФСК «ЕЭС» Александр Чистяков (15,7%), «Открытие Холдинг» (15%, это подтверждается отчетностью самого холдинга за третий квартал 2019 года), УК «Инверсия» бывшего топ-менеджера «Открытия» Сергея Гилева (9,99%), Makayla Investments BVI (9,9%) миллиардера Андрея Раппопорта и 8,88% Forcar Holdings (объявила о ликвидации в августе 2019 года). Limolines была связана с бывшим замминистра экономического развития (в 2004–2008 годах) Кириллом Андросовым, писал РБК, и с экс-гендиректором МОЭК Андреем Лихачевым, писал «Коммерсантъ». Limolines Transport Ltd, согласно выписке из кипрского реестра, принадлежит панамской Inderbit Investments. По сведениям «Коммерсанта», Forcar Holdings могла быть связана с «Открытие Холдингом».

В 2015 году РБК писал, что держателем 25% Ruspetro стал владелец группы ПИК Сергей Гордеев, но в отчете за 2017 год Mastin Holdings, через которую он владел Ruspetro, уже не упоминается.

Андросов перенаправил вопросы о дефолте по долгам в компанию, Сергей Гилев сообщил РБК, что вышел из капитала «Руспетро» в 2017 году. Связаться с Александром Чистяковым не удалось, российское юрлицо принадлежащей ему компании Hermitage Construction & Management Group (владело сетью ТЦ «Джем Молл» в Иркутске и Кирове) находится в процедуре банкротства.

За 2016 год Ruspetro получила $19,9 млн убытков, в 2017 году убыток вырос вдвое, до $41,3 млн. Рост чистого убытка компания объясняла курсовой разницей: ее операционные компании рассчитываются в рублях, а займы имеют в долларах. В 2017 году рубль укрепился, и на курсовой разнице компания заработала только $19,9 млн в сравнении с $47,7 млн годом ранее, говорится в ее отчетности за 2017 год. За вычетом валютной переоценки Ruspetro получила $56,6 млн убытков в 2017 году против $67,7 млн в 2016 году. EBITDA компании подросла до $15,6 млн в 2017 году против $0,6 млн в 2016 году: выросла цена на нефть, и компания смогла нарастить выручку.

Чистый долг компании по итогам 2017 года составил $364,5 млн, на банки «Траст» и «Открытие» приходилось $328,9 млн задолженности. Ruspetro искала крупного инвестора для вложения средств в свое развитие, говорится в ее отчетности. «Коммерсантъ» писал, что акционеры готовы были продать 50% Ruspetro за счет допэмиссии на $20 млн. Уже в 2017 году «Открытие» и «Траст» могли потребовать досрочного погашения кредитов, так как Ruspetro не соблюдала ковенант по кредитному договору. Они были привязаны к объемам добычи, право требовать досрочного погашения у банков появилось, поскольку добыча опустилась на 25% относительно запланированной по итогам года, само значение в отчетности не раскрывается.

Читать еще:  Комиссия за снятие наличных в сбербанке

Погашение по кредитам было назначено на ноябрь 2019 года. К этому моменту сменились владельцы ее основных кредиторов: «Открытие» ушло на санацию в Центральный банк, а на базе «Траста» (он сам санировался «Открытием») ЦБ решил создать банк непрофильных активов. «Траст» получил активы на 2 трлн руб. из «Открытия» и других санированных банков — Промсвязьбанка и Бинбанка. Справедливая стоимость переданных «Трасту» активов оказалась в десять раз меньше, чем балансовая, и составила немногим больше 200 млрд руб. Регулятор поставил «Трасту» задачу вернуть 485 млрд руб. до 2024 года. Банк занимается продажей непрофильных активов, ведет переговоры с должниками, судится, кроме того, по его заявлениям возбуждено 80 уголовных дел, писал РБК.

Зачем бывший владелец банка «Траст» Илья Юров позволил себя арестовать в украинском аэропорту

Не такое уж и плохое место

Как ранее сообщала «Наша версия», в киевском аэропорту «Борисполь» арестован Илья Юров. Бывший председатель совета директоров ОАО «Национальный банк «Траст» прилетел в столицу Украины 20 ноября по личным делам. На пограничном контроле Илья Юров предъявил паспорт гражданина Республики Кипр. После чего был арестован как находившийся в международном розыске по линии Интерпола по запросу правоохранительных органов России.

Теперь экс-банкира ждет процедура экстрадиции, которая может затянуться на месяцы, а то и годы. В связи с чем, конечно, у всех, кто следил за историей «Траста» в последние годы, возникают смутные подозрения о реальных причинах появления Ильи Юрова на Украине с киприотским паспортом.

Дело в том, что такой опытный человек, тем более уже несколько лет ведущий ожесточенную судебную войну, не мог не просчитать всех рисков. Остается два традиционных варианта. Первый – Илью Юрова просто «подставили» — выманив на Украину и гарантировав безопасность. Такой сценарий предполагает «выдаивание» клиента в обмен на свободу. Но есть и другая, более «спокойная», но продвинутая версия. Бороться с определением Интерпола в розыск очень сложно. На глобальном уровне. Но на локальном – вполне возможно. Схема отработана. Клиент сдается в руки правосудия в той юрисдикции, где ему представляют гарантии успешного оспаривания этого ареста в суде. После чего клиент получает не просто свободу, но иммунитет от других попыток ареста. Понятно, что свобода передвижения в этом случае очень ограничена. Но это все-таки свобода, которая, к тому же, дает возможность ведения борьбы за «полное освобождение». Украина – неплохой вариант для решения подобных вопросов. И не только в суде. И уж точно она выглядит куда лучше, чем перспективы, которые в последнее время обозначились для Ильи Юрова в более привычных для «бизнес-эмиграции» юрисдикциях. Там все очень и очень плохо.

С 22 декабря 2014 года банк «Траст» проходит процедуру финансового оздоровления. Она с самого начала стала напоминать настоящую военную операцию против бывших владельцев, которая ведется по всем правилам военной стратегии на разных фронтах и по разным правилам. Масштабы кампании впечатляют. Только за первое полугодие 2015 года от имени новых управляющих «Траста» были подано более 20 исков к компаниям, зарегистрированным в офшорных юрисдикциях. Общий объем исков составил в сумме более 32 миллиардов рублей и 94 миллионов долларов.

Но это сущая мелочь по сравнению с масштабами финансовых дыр, которые были обнаружены санаторами «Траста» из банка ФК «Открытие». На проведение оздоровления «Открытие» получило кредит от АСВ на 129 млрд рублей по льготной ставке. Эта сумма пошла на закрытие дыры в балансе.

Естественно, что причины этих потерь очень быстро были переведены в жанр уголовных деяний. На российском фронте в настоящее время расследуется уголовное дело в отношении группы бывших собственников и топ-менеджеров «Траста», которые обвиняются в схемных операциях с компаниями, зарегистрированных на Кипре. Изначальный смысл этих операций состоял в сокрытии финансовых потерь кредитного учреждения. Но с какого-то момента, по мнению следствия, в этих операциях начали прослеживаться характерные черты вывода средств, когда деньги в конечном итоге оказывались на счетах бывших владельцев.

Чего ждать от нового правительства

17 декабря 2015 года трое из них — Илья Юров, Николай Фетисов и Сергей Беляев были заочно арестованы решением Тверского суда Москвы. После чего основной фронт предсказуемо переместился в Лондон, вслед за основными персонажами истории.

Здесь им никаких уголовных обвинений не предъявлялось, равно как не было попыток экстрадиции экс-банкиров. Военные действия начались с того, что в январе 2016 года юридические представители «Траста» (который контролируется санатором) добились в английском суде решения о продаже портфеля московской недвижимости, который формально принадлежит третьим лицам, но по факту контролируемый старыми владельцами банка.

Сделать это удалось, убедив судью в том, что сделка заключалась на нерыночных условиях и предполагала обналичивание недвижимых активов и вывод полученных средств. В феврале 2016 года английский суд принимает решение об аресте имущества, контролируемого семьями бывших владельцев банка. После чего 11 апреля 2016 года в Высокий суд Лондона подается иск на сумму 830 миллионов долларов к бывшим владельцам банка — Илье Юрову, Николаю Фетисову и Сергею Беляеву, а также их женам. Первые, согласно иску, выдавали кредиты подконтрольным им компаниям. А вторые — помогали отмывать эти средства.

Талантливый мистер Ворсли

К моменту, когда в Москве производились виртуальные аресты людей, а в Лондоне — реальные аресты активов, в руках у новых акционеров «Траста» оказалось страшное оружие. Это был мистер Бенедикт Ворсли (Worsley), известный также как просто Бен. Этот английский джентльмен проживал на Кипре и специализировался на создании финансовой закулисы. Сначала в числе его клиентов был Альфа-Банк, а потом его «подобрали» Юров и К, которые поручили ему организовать сеть офшорных фирм, которые использовались в качестве технических инструментов для кредитования своих проектов и денежных проводок кредитных средств «Траста». Другими словами, это была темная сторона банка. А Бен Ворлси выполнял функцию принца тьмы. В ноябре 2015 года мистер Воксли решил выйти в свет. Он договорился с представителями банка «Открытие» и переехал в южную Францию, где, по некоторой информации, проживает и в настоящее время в укрепленном доме, который охраняют профессиональные британские наемники из числа бывших спецназовцев.

Из материалов судебного иска, который рассматривался в Лондоне, стало известно, что нынешние владельцы банка «Траст» договорились с господином Ворсли в ноябре 2015 года о переходе на свою сторону, обеспечив его не только французским жилищем и охраной, но также ежемесячным жалованием в размере $32.500, а также гарантиями защиты в случае подачи против него судебных исков третьей стороной. В ответ на такую трогательную заботу Ворсли согласился дать свидетельские показания, в которых подробно рассказал о сделках, которые он выполнял от имени и по поручению бывших акционеров «Траста». И, судя по выступлению самого судьи, он верит показаниям Бенедикта Ворсли. В результате в распоряжении судебных властей (не говоря уже о представителях «Траста») оказались все финансовые схемы Ильи Юрова и его компании. Соответственно, защищать свои права им стало практически невозможно. Что может объяснять появление Юрова на Украине.

Друзья на высоких постах

Разоблачение старых владельцев «Траста» может оказаться пирровой победой. По мнению представителей финансового сообщества, реальные владельцы активов, которые проходили по документам как принадлежащие банку (или отданные ему в залог) не горят желанием возвращать их новому банку. И есть все основания считать, что социальный и политический ранг этих владельцев позволяет им эти активы сохранить. Невзирая на решения московского и лондонского судов.

Впрочем, новый «Траст» — это тоже не простая организация. Банк полностью контролируется финансовой корпорацией «Открытие», которая представляет собой «сложносочиненное» финансовое образование. В основе ее лежит банк «Номос», к которому были присоединены Ханты-Мансийский банк, Банк «Петрокоммерц» и собственно банк «Открытие». После чего (в 2014 году) «Номос» был переименован в «Открытие», окончательное запутав публику. Но зато в России появился частный супербанк — крупнейшее частное кредитное учреждение, состав владельцев которого читается как «Who is who» и включает в себя Алекпёрова, Федуна, Мамута, Беляева и других не последних капитанов российского бизнеса. «Открытие», несмотря на свои исполинские размеры, остается потенциальным объектом для поглощения.

Другими словами, независимо от судьбы иска по делу «Траста» нынешняя война может оказаться легкой разминкой перед настоящим сражением. В этой ситуации тюрьма в городе Белая Церковь для Ильи Юрова может оказаться не таким уж и плохим местом.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector
×
×